Одесса, гостиница ЮНОСТЬ, три часа до отъезда на вокзал. Вещи собраны, последняя колбаса съедена и хлебные крошки собраны на листик бумаги - своеобразный лёгкий ужин для периодически возникающих за оконным пролётом местных голубей, с точностью воздушных акробатов цепляющихся на лету за обшарпанный парапет балкона и пугливо озирающихся на каждое шевеление портьер в номере... То что я увидел, осторожно выглянув на балкон, меня даже не удивило... не смутило, а попросту испугало. Можно привыкнуть к очевидному, но к невероятному?.. Для меня, каюсь, было невероятным - увидеть на самой середине цементного покрытия маленькое голубиное яйцо и птицу поодаль, растерянно переминающуюся с лапки на лапку и явно не знающую, что с этим яйцом дальше делать. Бляяя... - всё что я смог произнести, потому как и сам растерялся, очутившись в роли свидетеля, но отнюдь не Господа Бога... Я оказался в нелепой ситуации, когда всё вроде бы понятно - ну вот оказия такая случилась, недобежало-недолетело... а что теперь-то! Переложить в уголок, в тень... или на что-то мягкое... написать записку администрации с просьбой не остаться безучастными к судьбе несчастных пернатых?.. В душе зарождалась злость на эту птицу, за то что так небрежно отнеслась она к своему потомству, и на самого себя за невозможность помочь... Излишняя сентиментальность - скажете вы... И возможно будете правы. Ибо ещё пол дня после этого, даже когда я уже катился в поезде по направлению к дому, я всё думал о гостиничном балконе, глупой голубице и её нерождённом птенце. Не теша себя иллюзиями относительно действий уборщицы или новых постояльцев... Такая вот грустная история... по крайней мере для меня.