Обычно мне хватает трёх ударов.
Второй всегда по пальцу, бляха-муха,
а первый и последний по гвоздю.
Я знаю жизнь. Теперь ему висеть
на этой даче до скончанья века,
коробиться от сырости, желтеть
от солнечных лучей и через год,
просроченному, сделаться причиной
неоднократных недоразумений,
смешных или печальных, с водевильным
оттенком.
Снять к чертям — и на растопку!
Но у кого поднимется рука?
А старое приспособленье для
учёта дней себя ещё покажет
и время уместит на острие
мгновения.
Какой-то здешний внук,
в летах, небритый, с сухостью во рту,
в каком-нибудь две тысячи весёлом
году придёт со спутницей в музей
(для галочки, Европа, как-никак).
Я знаю жизнь: музей с похмелья — мука,
осмотр шедевров через не могу.
И вдруг он замечает, бляха-муха,
охотников. Тех самых. На снегу.
Дмитрий, спасибо за стихи Гандлевского: интересное жизненное наблюдение, живые картинки. И видишь, и переживаешь. Второе. Вы правы: действительно, картина на фоне которой сфотографирован мой персонаж, находится в Мюнхенской пинакотеке. Данный кадр - фрагмент моего репортажного снимка из зала, где она висит. И на том снимке, выставленном на Фотосайте ранее, в предыдущей подборке, указано правильно - Мюнхен. Прошу извинить меня за оплошность. Впредь буду внимательней.
Комментарии пользователей
!!! + О.
Улыбнуло.Знакомо. Пока выполнишь "культурную программу",уже свет не мил. :-)))))))))))))))
Сергей Гандлевский
* * *
О.Т.
Обычно мне хватает трёх ударов.
Второй всегда по пальцу, бляха-муха,
а первый и последний по гвоздю.
Я знаю жизнь. Теперь ему висеть
на этой даче до скончанья века,
коробиться от сырости, желтеть
от солнечных лучей и через год,
просроченному, сделаться причиной
неоднократных недоразумений,
смешных или печальных, с водевильным
оттенком.
Снять к чертям — и на растопку!
Но у кого поднимется рука?
А старое приспособленье для
учёта дней себя ещё покажет
и время уместит на острие
мгновения.
Какой-то здешний внук,
в летах, небритый, с сухостью во рту,
в каком-нибудь две тысячи весёлом
году придёт со спутницей в музей
(для галочки, Европа, как-никак).
Я знаю жизнь: музей с похмелья — мука,
осмотр шедевров через не могу.
И вдруг он замечает, бляха-муха,
охотников. Тех самых. На снегу.
А почему Страсбург? Похищение, вроде, тоже в Мюнхенской пинакотеке? Или там выставка?
Дмитрий, спасибо за стихи Гандлевского: интересное жизненное наблюдение, живые картинки. И видишь, и переживаешь. Второе. Вы правы: действительно, картина на фоне которой сфотографирован мой персонаж, находится в Мюнхенской пинакотеке. Данный кадр - фрагмент моего репортажного снимка из зала, где она висит. И на том снимке, выставленном на Фотосайте ранее, в предыдущей подборке, указано правильно - Мюнхен. Прошу извинить меня за оплошность. Впредь буду внимательней.
+Х
!!!