Любуюсь каждой работой этого автора.
Он уже в который раз сочетает, казалось бы, несочетаемое.
С одной стороны, жалюзи создали эффект вуали такого типа, какой в старые времена скромно прикрывали женское лицо. Отсюда - ощущение целомудренности и даже застенчивости героя, немотря на откровенное "ню".
Такое впечатление ещё усиливается отчётливым контуром фигуры, которая и по своей комплекции, и по своей позе не только не агрессивна, но наоборот - настойчиво миролюбива и доброжелательна, хотя и несёт явное мужское начало.
С другой стороны, мужской "конец" (если читатели простят мне такой невинный каламбур) с его жилистой фактурой, дополненной глубокими складками на мошонке, говорит об опыте и придаёт фигуре яркие элементы мужественности, решительности, уверенности в себе.
Итак, уверенность в себе и застенчивость, целомудрие и нагота. Казалось бы, неизбежно внутреннее противоречие в трактовке образа. Но его нет.
Наоборот, зритель чуствует внутреннюю цельность героя, который, несмотря на тесно окутавший его ледяной сумрак (на который указывает автор), полон веры в свои силы и в победу света над тьмой. Зритель тоже вместе с героем уверен, что ему непременно удастся вырваться из тягостных объятий тьмы и холода к солнцу и тёплому ветру.
Комментарии пользователей
красивое мужское ню!
У какой полосатик!!!
Красиво, мертвенно, безмысленно... без идейно и как-то бездуховно.
Любуюсь каждой работой этого автора.
Он уже в который раз сочетает, казалось бы, несочетаемое.
С одной стороны, жалюзи создали эффект вуали такого типа, какой в старые времена скромно прикрывали женское лицо. Отсюда - ощущение целомудренности и даже застенчивости героя, немотря на откровенное "ню".
Такое впечатление ещё усиливается отчётливым контуром фигуры, которая и по своей комплекции, и по своей позе не только не агрессивна, но наоборот - настойчиво миролюбива и доброжелательна, хотя и несёт явное мужское начало.
С другой стороны, мужской "конец" (если читатели простят мне такой невинный каламбур) с его жилистой фактурой, дополненной глубокими складками на мошонке, говорит об опыте и придаёт фигуре яркие элементы мужественности, решительности, уверенности в себе.
Итак, уверенность в себе и застенчивость, целомудрие и нагота. Казалось бы, неизбежно внутреннее противоречие в трактовке образа. Но его нет.
Наоборот, зритель чуствует внутреннюю цельность героя, который, несмотря на тесно окутавший его ледяной сумрак (на который указывает автор), полон веры в свои силы и в победу света над тьмой. Зритель тоже вместе с героем уверен, что ему непременно удастся вырваться из тягостных объятий тьмы и холода к солнцу и тёплому ветру.
Красиво же!
Пуритане проходят мимо!
(6) Иван Белкин (info2me): !