Не знаю откуда пошло это доброе и немного наивное название – Раек? Скорее всего от слова «рай». Наверное, это было в далеком прошлом, когда в этом старинном дворянском гнезде кипела жизнь с веселыми губернскими балами, удалой охотой и любовными романами по сенью парковых аллей... Я приехал туда в конце октября, когда вся природа, дрожа от покинувшего ее тепла, словно замерла в ожидании холодов. Заброшенный, но по-прежнему величественный усадебный дом с обветшалой колоннадой и поглотившим его диким парком среди десятка деревенских домов с поднимающимся из труб дымком, смотрелся словно мертвец в окружении еще теплившейся жизни...Помню, как похоже в первый раз, у меня не возникло желание снимать, и я уже было побрел к машине, когда меня неожиданно окликнул приветливый женский голос. Во дворе за столом сидела женщина, крутившая ручку самодельной соковыжималки, из под которой капал густой и желтый яблочный сок. У Веры Николаевны, так звали хозяйку дома, был приятный голос и подчеркнуто правильная русская речь, которую обычно встречаешь у учительниц языка и литературы. Она с любопытством расспрашивала меня о перепетиях городской жизни, словно не была там уже много лет, и продолжала монотонно крутить ручку соковыжималки. Когда я спросил, как ее занесло в Раек, она с тихой грустью поведала свою историю, как сначала жила в городе и все было, как у всех: муж, любимая работа, городская жизнь... А потом наступила черная полоса – неожиданно умер от рака супруг, не дожив до 35 лет, в начале 90-х потеряла работу и никого в городе у нее не осталось, даже детей, которых они с мужем в короткой супружеской жизни не успели нажить. Так она и приехала сюда, к матери, в маленький деревянный домик, выкрашенный оптимистичной синей краской и приветливо встречающий редкие машины с любителями русской старины, да школьные автобусы с краеведческими экскурсиями. Я молча курил, слушая ее рассказ, смотрел на ее натруженные, но еще не успевшие огрубеть руки и постепенно забывал о том зачем приехал сюда. ...Сейчас за окном холодная и тоскливая зима, а я гляжу на эту фотографию и вспоминаю не Раек с его знаменитой, заброшенной и никому ненужной усадьбой, а добрые синие глаза Веры Николаевны, ее теплую улыбку и сладкий вкус яблок, которых она мне дала на прощанье. Раек-Тверь-Москва осень-зима 2004г.